Меняемся или не меняемся

    

Известно, что змея меняет свою кожу, но при этом она остаётся той же змеёй, а не рождается новой.

Иное дело человек. Он не может сбросить кожу, но может родиться новым, и при этом остаться тем же самым.

Адам, переживший перевоплощение, остался всё же Адамом, а не Каином, не Авелем, и никем иным.

Змея не может, как птица Феникс, возродиться из пепла. А человек может. Об этом поэма всё ведающего Великого Барда "The Phoenix and the Turtle".

Но для возрождения нужно, чтобы у черепахи (theTurtle) выросли крылья.

Два крыла - свобода и благодать, как сказал святой Максим Исповедник.

Свобода и благодать!

Достоевский написал свою повесть "Двойник", зная, что век этому двойнику свободы не видать. На кого ни взглянет, всюду, как в зеркале, видит самого себя.

Какая уж тут благодать!

А Льюис Кэролл написал свою "Алису в Зазеркалье", зная, что в зеркале правды не найдёшь.

А в Зазеркалье много чего можно найти, практически всё, чего нет в зеркале, стоит только выйти за пределы самого себя, как растению проросшему сквозь асфальт.

    

И там, в Зазеркалье есть всё, чего нет здесь. Иная реальность, альтернативная, другая по факту рождения.

Alternative - другая природа, где нельзя родиться прежним способом у земной матери.

В чуде нет сложности, на то оно и чудо. Оно просто происходит.

Льюис Кэролл сделал всё, как было предписано, - оставил всё позади, ничего с собой не взял и попал в вечность.

Оттуда и написал нам свою сказку, из Зазеркалья.

Давайте заглянем за зеркало. И ничего там не увидим, хотя там за Зеркалом огромный, невидимый невооружённым глазом мир, который Шекспир называет словом "nought", ноль, ничто).

В сонете 57 мы его найдём:

    But like a sad slave, stay and think of nought.

У черепахи выросли крылья. Была черепаха мудрая, а стала премудрая, отказалась от своей мудрости и обрела два крыла.

Приведу ещё пример.

Мудрым был философ Лев Толстой. Хотел всех своей мудрости подчинить. Но не знал он, что премудрость - это то, что идёт за мудростью и уже никого за собой не оставляет.

Сзади идёт, а человек в это время в зеркало смотрит - любуется.

Вот что свет застилает человеку. Собственная мудрость.

А премудрость силою зовётся, и употребляющий усилие освобождается от себя и получает благодать.

Вот вам и два крыла.

И Шекспир освободился от себя. А все - где же он, где же он.
Любопытство, как говорится, не порок!

Easy does it.
 

Being your slave, what should I do but tend
Upon the hours and times of your desire?
I have no precious time at all to spend,
Nor services to do, till you require.

Nor dare I chide the world-without-end hour
Whilst
I, my sovereign, watch the clock for you,
Nor think the bitterness of absence sour
When
you have bid your servant once adieu;

Nor dare I question with my jealous thought
Where
you may be, or your affairs suppose,
But, like a sad slave,
stay and think of nought
Save, where you are how happy you make those.

    So true a fool is love that in your Will,
    Though
you do any thing, he thinks no ill.
 

Читайте со мной вслух, голос поможет вам понять, о чём речь.


 


Если вы впервые здесь и хотите познакомиться с остальными сонетами в свободном доступе,

заполните эту форму, и мы сможем сообщать вам о публикации следующих сонетов:





 

Поделиться: